Глава 28

*

Аватар пользователя divcot

Глава 28
Спектакль

План, придуманный во время зуболечения, мы принялись осуществлять тут же и даже не выходя из кабинета, потому что времени на раскачку не было. Пока я, вися на Сергеевом телефоне, обзванивала друзей, кратко и уже без эмоций рассказывала им про десять дней, и спрашивала, не хотят ли они помочь, или лучше привлечь сущностей, сам врач успел вызвать сущность Федю и через него притащить прямо в кабинет Майю с Петей. Парочка, судя по всему, как раз собиралась на работу, традиционно ругаясь: Майя была в халате, с одним накрашенным глазом и причесанной половиной головы, а Петя щеголял рваным тапком и штанами в клеточку. Физиономии у обоих были злобно перекошены, но атмосфера зубного кабинета, видимо, утихомирила их склочность, либо Сергей казался им более авторитетным в своем белом халате, так что они слушали его мирно и не перебивая. Как я и ожидала, информацию насчет десяти дней они сначала восприняли с откровенным недоверием, а когда кое-как поверили, то это только стало поводом для очередного нелюбезного обмена репликами. Майя рыкнула:
- Вот видишь, до чего теперь дошло из-за твоей грубости? Весь мир страдает!
- Это из-за тебя он страдает, нытик! – огрызнулся Петя. – Все было бы нормально, если бы ты столько не канючила…
- Это я-то канючу?! Да потому что ты…
Тут они замолчали, потому что Сергей включил бормашину, и свербящий звук, видимо, выбил последние мысли из их голов. В снова наступившей тишине врач выключил бормашину, рассказал им про «спектакль», явно стараясь говорить как можно короче и доходчивей, и заключил:
- Ваша задача – перестать играть на невидимых зрителей и обращаться только друг к другу, прямо. Ну, как будто больше никого нет.
Петя и Майя, медленно поводя головами, посмотрели на нас, а потом друг на друга ошарашенными взглядами. Наконец в Майином взгляде появилось что-то типа неуверенной мысли. Она робко начала:
- Да-да, я вроде бы понимаю, что вы имеете в виду…
- А я нет! – отрезал Петя.
- И, наверное, я могу попытаться так говорить, если Петя тоже…
- Даже не собираюсь!
- Ребята, - протянула я елейным голосом, отрываясь от телефона и становясь перед ними. – Вы не переживайте. Конечно, сразу трудно привыкнуть. Мы вам поможем… - тут я не выдержала и захихикала. Сергей посмотрел на меня и, задергав углом губ, издал придушенное смеховое шипение. Парочка недоуменно нахмутилась, и врач, кое-как справившись с собой, обратился к Феде:
- Все, их можно отпускать. И положи на место коробку с анестезией, это не игрушки.
Федя послушался обеих команд: парочка исчезла, коробка вернулась на стол. Сергей потер руки и кивнул мне:
- Ну что, давайте ко мне отправляться? Кто-нибудь еще согласен участвовать?
- Ага, - сказала я. – Все. Кто же такое пропустит…
Через пару секунд в квартиру к Сергею и правда набились «все». Сущности Федя и Анатолий, Ольга, Кеша с Милой, Андрюша с Машей, и, в довершение всего, незнакомая девица с крашеными в черный цвет тонкими волосами, в леопардовых лосинах на тощих ногах. Ольга представила ее:
- А это Лиля. Наша… подопечная: ну, я тебе о ней рассказывала, - она скорчила гримасу. – Мы решили, что ей на это тоже будет полезно посмотреть.
- Куда можно сесть? – поинтересовалась Лиля капризным голоском. Сергей, растерянно созерцая невиданное скопление народу в своей квартире, пододвинул к ней ногой стопку медицинских книг. Остальные устроились кто где. Хозяйственные Маша с Милой пошли заваривать чай – день предстоял долгий и трудовой, а мы все взялись доделывать необходимый реквизит, вполглаза наблюдая по превращенному в экран окну за жизнью Майи и Петра.
Первое время мне казалось, что парочка действительно что-то поняла. По крайней мере, на работе она общалась вежливо и даже почти доброжелательно, так что мы смогли все доделать и спокойно пообедать.
- Вкусное мясо? – поминутно спрашивал Андрюша, подпихивая нас локтями. – Это Машка готовила.
- Вместе с Милой, - ревниво вставлял Кеша. Я кивала, улыбалась и вспоминала Кешу и Андрюшу, какими мы увидели их в первый раз. Тогда мне серьезно казалось, что на таких отталкивающих парней не польстится в здравом уме никакая девушка, а вот надо же… И Ольга совсем по-другому выглядит: довольная от своего Леши Птичкина, несмотря на сведения о конце света… Неужели такие громадные изменения были зря? И мы ничего не успеем из-за каких-то Майи и Пети, этой Лили и еще парочки таких же упрямых дураков?!
- Аля, не волнуйся, - вдруг раздался шепот рядом с моим ухом: это ко мне наклонился Сергей. – Давай лучше посмотрим: они с работы пошли. Похоже, сейчас ссориться начнут.
- Точно-точно! – оживился, как на футбольном матче, Андрюша. – Во как рожи перекосили!
- Тихо! – цыкнула Ольга, подняв руку. Мы напряженно вслушались в беседу подопечных.
У тех все пошло по накатанному сценарию. Майю возмутило, что Петя зашел в вагон метро, не оглянувшись на нее, и она, не откладывая в долгий ящик, затянула привычную песню:
- Петя, вот как ты можешь со мной так поступать, уже в который раз?
- Как?
- Ты даже не понимаешь? Ты не понимаешь, что на твоем месте нормального мужчину бы волновало, где находится его девушка? А ты ведешь себя так, будто я для тебя – пустое место!
Толя выжидающе посмотрел на Сергея. Сергей, как Гагарин, сказал:
- Поехали!
И мы «поехали».
Для парочки, вопящей друг на друга в вагоне, время застыло. Шум метро превратился в жуткий тягучий рокот, и в проходе тесной кучкой, с трудом разместившись среди застывших людей, появились мы, старательно аплодируя и крича:
- Браво, браво! Бис!
- Как ты сказала! Как отрезала! – восхищалась я обалдевшей Майей. – Какой надрыв! Какая экспрессия!
- И, главное, на совершенно ровном месте! – протянула Ольга, покачивая головой. – Может, еще какой спектакль дадите? Нам очень, гм… интересно.
Петя зарычал и стал пробираться к нам, но Сергей кивнул сущности Анатолию, и мы, крикнув напоследок еще одно «браво», испарились в квартиру к врачу.
На обратную дорогу парочка сплотилась: она дружно возмущалась нашим поведением и обзывала нас иногда такими словами, что Анатолий даже попытался стеснительно закрыть уши нашему маленькому Феде.
К дому своему они подходили, уже выпустив пар, и Майя, открывая дверь, протянула:
- А вообще-то они ведь правы, разве нет? Мы действительно как будто в глупом кино играем. Я понимаю, что я иногда бываю не права, но ты тоже должен что-то делать со своей ужасной грубостью. Как я могу с тобой нормально разговаривать, если ты меня все время оскорбляешь, ну скажи, как?!
- А не хочешь, не разговаривай! – заорал Петя. – Я вообще общаться с тобой не буду! Твои проблемы! Вообще сейчас уеду отсюда на фиг!
- Ты уедешь?! Это я уеду!
…Застывший во времени холл завибрировал от наших дружных оваций. Вперед из нашей массы быстро выступил Кеша, и, с полупоклоном протянув парочке огромную медаль, вырезанную из бумаги, звучно сообщил:
- Майе и Петру вручается сия награда в номинации «за дикий бесполезный трагизм»! Оценим же их труд! Поаплоди… - не договорив, он отскочил, потому что Петя бросился вперед бить нас. Мы исчезли.
- Уф, - сказала Мила, поправляя косу, обернутую вокруг головы. – Прямо триллер какой-то… Лилечка у нас хоть не агрессивная… - она кивнула на унылую Лилечку, которая, почесываясь сквозь леопардовую лосинину, стояла рядом и, казалось, о чем-то испуганно размышляла.
Майя и Петя некоторое время рвали и топтали нашу медаль, после чего, чуть вжав головы в плечи, зашли в квартиру. Петя говорил, что на нас надо заявить в милицию, Майя резонно возражала, что их примут за психов. Мы насторожились, но скандала почему-то не последовало. Майя стала осторожней в выражениях, зато на сцену выступил Петя. Приняв позу трагика и завернувшись в банный халат, как в плащ, он завопил, что ненавидит неприбранную кровать, а Майя все время ее оставляет. И утром его не разбудила! Непростительное свинство и полное наплевательство на него!
На этот раз мы решили обойтись без аншлага. Просто в разгар крика позади Пети появился Кеша и произнес насморочным голосом:
- Какая великолепная трагедия из обычной чепухи! Прекрасно, прекрасно! Я прослезился.
- А я бы еще добавил, что она тебе всю жизнь испортила, а то че-то не дожимает, - дружески посоветовал Андрюша, возникая в противоположном углу.
- А ты, - появившись возле Майи, наставительно сказала я, – ему тоже чего-нибудь ответь. Например, про то, что настоящие мужчины никогда не придираются из-за пустяков и уважают свою женщину.
- Ну а потом, по плану, - скучно подытожила Ольга, появляясь возле двери в кухню и постукивая ногтем по часам. – У вас перекличка, которая начинается со слов «ты сам – нет, ты сама» и кончается около десяти вечера. Поторопитесь, а то из графика выйдете.
- Только вы немножко варьируйте, - робко пискнула Мила из-за Кешиной спины. – А то мы это все уже немножечко… Смотрели.
Петя озверело зарычал и попытался дернуться сразу во все стороны. Толя за ним внимательно наблюдал, поэтому часть нас переместилась в другие углы комнаты, но и оттуда продолжала давать ценные советы и помахивать рисованными наградами с надписями «за самую лучшую ссору», «самому несправедливо обиженному человеку в мире», «самой святой жертве» и тому подобным. У меня, признаться, при виде Пети дрожали поджилки, и я, как Мила возле Кеши, старалась держаться возле Сергея, меланхолично стоящего с небольшой лентой с кривой надписью «самому правому человеку».
- Ты не мечись зря, - холодно сказал Кеша Петру. – Не трать задор. – У нас вон для вас еще сколько всего приготовлено…
Тут Майя рухнула на диван и залилась горючими слезами. Петя немного еще пометался, понял, что нас ему не достать, сел с ней рядом и обнял ее. Мы смотрели на них изо всех углов сочувственно, но непреклонно.
- Что же... – всхлипывала Майя. – Что же нам делать?
- Вы сами все напортили, ребят, - пожала плечами Андрюшина Маша.
- Но что делать? Правда осталось десять дней?
- Правда, - сказала я.
- Мы понимаем! Мы старались – правда, Петь?
- Угу-у, - согласился Петя басовито, как теленок на лугу.
- …Но у нас не выходит – не выходит, понимаете?!
Ольга предупредительно махнула медалью «за надрыв», и Майя осеклась. Сущность Анатолий сказал:
- Сережа, наверное, надо объяснить.
- В общем, - начал Сергей, немного нервничая из-за внимания со всех сторон. – Постарайтесь излагать ваши претензии без употребления слова «ты», говорите только про себя. И не обобщайте. Нет никаких «нормальных мужчин» и «нормальных женщин», все разные, и вы это прекрасно знаете. Потом, вы никогда ничего не говорите прямо. Почему? Если вам что-то нужно, скажите об этом, не ждите, пока кто-то догадается. Ну, и последнее. Если вы друг друга действительно не устраиваете как личности и не можете с этим смириться, то скажите нам об этом, и мы будем с завтрашнего дня срочно искать вам кого-то другого на резонанс.
На этом пассаже парочка вцепилась друг в друга, как утопающие в доску, и склеилась намертво.
- Значит, других не хотите, - правильно понял их Сергей. – Тогда попробуйте поговорить без обвинений и прямо.
Парочка тупо молчала.
- Ну, например, - привычным учительским тоном начала Мила, помахивая невидимым мелом. – Вот вам, Майечка, хотелось, чтобы Петя шел с вами рядом в метро. Значит, как надо было сказать?
- Петя… не уходи вперед… пожалуйста? – запинаясь, произнесла Майя. Мила расцвела:
- Правильно, пять!.. Ой, я хотела сказать, да. А вы, Петя, когда хотите, чтобы Майя вас разбудила утром вовремя, как надо попросить?
- Ну… Типо… Майя, разбуди меня в восемь, пожалуйста.
- Отлично! А когда она вас и правда разбудит вовремя, что надо сказать?
- Спасибо? – неверящим тоном спросил Петя. Мила так кивнула, что коса упала у нее с головы и повисла под подбородком, как ручка корзинки. Водворив ее на место, подруга продолжила:
- А если она забыла и не разбудила вовремя, что вы скажете?
- Я скажу, что она вечно…
- Нет, про «ты» и обобщения нельзя. Скажите, что лично вы ощущали.
- Ну, тогда, что я… это… огорчился, потому что ни фига не успею. И может она меня, того, в следующий раз, пожалуйста, пораньше разбудит…
Короткую тишину нарушил истерический хохот схватившейся за живот Ольги.
- Ой, не могу! – стонала она. – Как в первый раз говорить учатся! Спасибо-пожалуйста забыли уже!
- Тише, - строго прервал ее Сергей. Парочка сидела красная, как два рака. Петя сказал:
- Правда, это все такие очевидные вещи…
- Да? Очевидные? – хмыкнул Кеша. – А почему вы их тогда не делали?
- А черт его знает.
- Ну, мы, наверное, пойдем, - широко улыбнулся им сущность Анатолий. – Продолжайте в том же духе. Конечно, мы понимаем, что сразу у вас не получится, поэтому не обижайтесь, но периодически рядом с вами будут появляться наши дежурные и предупреждать вас, если вы немного… собьетесь. Но основное направление, я вижу, вы поняли. Резонанс уже ровнее.
Исчезая, я успела краем уха схватить изумленную реплику Майи:
- Как это нам не пришло в голову, неужели все так просто?!
В квартире Сергея мы снова принялись пить чай и думать, кого назначить дежурными: несмотря на конец света, нам всем нужно было хоть иногда работать. Девушка Лиля в леопардовых лосинах мрачно слушала наши бурные дискуссии и снова думала какие-то мысли, но вслух их не высказывала.
- Наши дела вовсе не плохи! – как всегда успокоительно вещал Анатолий. – У нас остались считанные сущности. Пятерых доделают в ближайшие дни другие группы, и останется Лиля и еще одна женщина…
- Я че, против, что ли, парня найти? – вдруг плаксиво вклинилась Лиля. Одновременно с ней Мила спросила:
- Какая женщина?
Анатолий вздохнул.
- Женщина неплохая, не старая, резонанс найти можно. К сожалению, у нее есть большое препятствие: ее мама…